Производительность труда – один из главных драйверов роста прибыли и конкурентоспособности компаний. Чем выше производительность труда, тем больше ресурсов у бизнеса для роста, а у государства для развития.

Мы проанализировали динамику производительности в 10 крупных экономиках, где за 2010–2025 годы отмечен наибольший рост показателя ВВП на отработанный час. Цель – определить, насколько Россия близка к международным уровням по этому показателю и где находятся резервы для роста. В материале – динамика 10 стран и анализ изменений, причины отставания в натуральном выражении России по отношении к другим экономикам и три приоритета для повышения производительности труда в отечественных компаниях.

Как считали

За основу взяли показатель – ВВП на отработанный час (ВВП/ОТР). Он очищает данные от различий в занятости и продолжительности рабочего дня, и отражает, какую ценность создает один час работы в каждой стране. Использованы данные World Bank, IMF, OECD, национальные бюро статистики. Рост рассчитан как накопленный за 15 лет.

Насколько сильно различаются страны по самому показателю ВВП/ОТР и темпам его роста — видно на инфографике ниже. Далее разберем, что именно стоит за этими цифрами.

* Абсолютные значения округлены, рост рассчитан по исходным данным

Ключевые наблюдения и причины изменений по странам

• Китай и Индия – эффект низкой базы плюс структурный сдвиг. В этих странах основным драйвером роста производительности стало перемещение десятков миллионов работников из низкопродуктивного сельского хозяйства в промышленность и современные услуги, где добавленная стоимость на занятого выше в несколько раз. Китай дополнительно ускорил процесс за счет форсированной цифровизации (умные фабрики, роботизация складов). Индия, в свою очередь, сделала ставку на аутсорсинг IT-услуг и бизнес-процессов, создав глобально конкурентоспособный сектор с высокой производительностью.

• США – стабильный, но замедляющийся рост. Американская экономика остается высокопроизводительной ($85/час), но годовые темпы прироста упали ниже 1,5%. Главный вклад в динамику дает информационный сектор, где продолжаются автоматизация и внедрение ИИ. Обрабатывающая же промышленность растет менее чем на 1% в год: несмотря на роботизацию, многие производства сталкиваются с насыщением эффективности и нехваткой квалифицированных операторов. Для компаний это сигнал: даже в передовых экономиках дальнейший прирост требует не просто «цифры ради цифры», а перепроектирования потоков и повышения гибкости.

• Япония – скрытый чемпион. +55% роста производительности за 15 лет, что выше, чем в большинстве стран Европы. Однако этот рост лишь компенсировал резкое сокращение общего фонда отработанных часов (из-за старения и ухода населения из рабочей силы). В итоге совокупный ВВП страны почти не изменился — производительность выросла, но работать стало значительно меньше людей.

• Германия – развитая экономика с явным замедлением. При высоком абсолютном уровне производительности (~$65/час) среднегодовые темпы прироста последние 10-15 лет редко превышают 1%. Основные факторы такого замедления: демографическое старение рабочей силы, жесткое трудовое регулирование, ограничивающее гибкость найма и оптимизацию, а также хроническая нехватка инвестиций в автоматизацию на средних и малых предприятиях.

• Остальные страны из нашей выборки показывают более умеренные или схожие с описанными результаты. Южная Корея (+50%) – пример успешной технологической экономики, но жесткость рынка труда и замедление эффективности использования ресурсов сдерживают дальнейший рост. Бразилия (+40%) и Мексика (+33%) растут медленнее из-за высокой доли низкопродуктивных секторов и структурных барьеров. Великобритания (+22%) – незначительный (по отношению к вышеперечисленным странам) рост, как следствие низких частных инвестиций и политической нестабильности.

Российский парадокс: почему при росте производительности труда  уровень  в натуральном выражении еще отстает?

Россия показывает рост производительности на 67% за 15 лет – третий темп в нашей выборке. Однако, абсолютное значение ВВП/ОТР – всего $25/час, что в 3,4 раза ниже США и в 2,6 раза ниже Германии. Разберемся, почему сложилась такая картина.

Ключевые причины:

• Устаревшие фонды: более половины оборудования в обрабатывающей промышленности старше 20 лет, а увеличение объемов производства (в случаях отсутствия потребности в расширении инфраструктуры) достигается не за счет модернизации оборудования и автоматизации процессов, а за счет увеличения штатной численности персонала.

• Ослабленная рыночная конкуренция: высокие административные барьеры и нерыночные преференции в отдельных отраслях создают «тепличную» среду. Компании привыкают получать ренту не через повышение производительности, а через удержание привилегий.

• Бюрократическая организация труда: иерархия с длинными цепочками согласований, где решения затягиваются на длительный срок, а культура улучшений не приживается, что значительно замедляет процесс внедрения изменений.

• Высокая потребность в низкоквалифицированном труде при общем дефиците кадров: более трети рабочих мест в России – это работа с низкой производительностью труда, которая предполагает монотонную деятельность нередко с высокой физической нагрузкой. При этом на рынке труда все меньше кандидатов, которые готовы на такую занятость и ожидают лучших условий труда.

О чем это нам говорит?

Дальнейший рост производительности труда требует комплексного подхода, сочетающего локальные оптимизации и системные изменения в процессах компании. Это, в свою очередь, предполагает пересмотр устоявшихся методов решения проблем.

На чем держать фокус в проектах по повышению производительности?

Опираясь на глобальный бенчмарк, мы выделяем 3 приоритета для российских компаний и развивающихся рынков, которые помогут повысить производительность труда:

1. Диагностика и пересмотр действующих процессов. В первую очередь необходимо определить, какие процессы являются устаревшими и имеют наибольший потенциал для совершенствования. После устранения очевидных проблем необходимо ответить на вопрос: возможен ли принципиально иной способ организации работ? Приоритетными для перестройки являются процессы с максимальной численностью задействованного персонала.

2. Управление экономикой рабочего места и постановка амбициозных целей по производительности труда. Вместо общих KPI считайте производительность на оператора или единицу оборудования. Чтобы найти скрытые резервы: пересмотрите устаревшие нормы и ставьте амбициозные цели для каждого рабочего места.

3. Развитие культуры непрерывных улучшений через вовлечение персонала. Большинство компаний достигли роста производительности за счет наращивания отработанных часов. Однако дальнейшее повышение эффективности возможно при выстраивании доверительных отношений между руководством и персоналом и вовлечении сотрудников в процесс улучшений.

Вывод для топ-команд

Глобальная производительность труда ускоряется там, где конкуренция и технологии стимулируют переход от старых моделей к новым. Россия уже прошла этап экстенсивного роста, где основной прирост производительности происходил за счет загрузки мощностей и повышения занятости. Следующий виток развития – системная трансформация, где главное – не количество часов, которые отработает сотрудник, а в том, какую ценность он создает за этот час.