Начало 2026 года отмечено глубокой трансформацией глобального рынка черной металлургии. Мировое производство сырой стали по итогам января–февраля 2026 года сократилось на 1,5% по сравнению с аналогичным периодом 2025 года (до 298,2 млн тонн). При этом географическая дифференциация кризиса открывает новые возможности для переосмысления стратегических позиций российских производителей. Данный анализ основан на официальных данных Всемирной ассоциации стали (пресс-релизы за январь и февраль 2026 года) и Росстата.

Мировой рынок черной металлургии в начале 2026 года: кто растет, кто падает и почему

В январе 2026 года мировое производство стали сократилось на 6,5% год-к-году, однако в феврале снижение замедлилось до 2,2% год-к-году (до 141,8 млн тонн). Тем не менее итоги первых двух месяцев показывают устойчивый спад, за которым стоят структурные, а не временные факторы.

• Китай (в январе 75,3 млн т, −13,9%; в феврале 76,1 млн т, −3,6%; за два месяца — 160,3 млн т, −3,6%) — главный драйвер глобального спада. Причины: затяжной кризис недвижимости (40–50 % спроса на сталь), демографический спад и государственный контроль над мощностями для снижения переизбытка и выбросов. Китайский рынок теряет роль глобального поглотителя избыточных мощностей. Это создает риск экспортной агрессии китайских производителей на развивающиеся рынки и переходные экономики, включая соседей России.

• Индия (в январе 15,1 млн т, +10,5%; в феврале 13,6 млн т, +7,7%; за два месяца — 28,9 млн т, +9,7%) — уверенный рост благодаря инфраструктурным проектам, государственным программам поддержки и молодой демографии. Индийский рынок — это возможность для экспорта технологий, оборудования и экспертизы российских компаний.

• Соединенные Штаты Америки (в январе 7,1 млн т, +3,3%; в феврале 6,5 млн т, +5,8%; за два месяца — 13,7 млн т, +4,9%) — стабильность за счет защитных пошлин и стимулов на экологичные технологии.

• Турция (в январе 3,4 млн т, +5,8%; в феврале 3,0 млн т, +3,4%; за два месяца — 6,4 млн т, +4,7%) — рост на гибких электродуговых печах с использованием металлолома и активном экспорте в Африку и на Ближний Восток.

• Южная Корея (+5,0% в январе, +0,2% в феврале), Германия (+15,0% в январе, +4,8% в феврале), Япония (−0,5% в январе, 0,0% в феврале) и Бразилия (−1,4% в январе, −5,7% в феврале) показывают смешанную динамику

Ситуация в российской черной металлургии в начале 2026 года: глубина кризиса и меры государственной поддержки

Спад производства стали в России оказался глубже среднемирового и усилился к февралю. По данным World Steel Association, в январе производство стали в РФ сократилось на 7,4% (до 5,5 млн т), а в феврале — на 10,2% (до 5,0 млн т). За два месяца падение составило 9,0% (до 10,5 млн т). По данным Росстата и «Корпорации Чермет» (март 2026):

• Январь: сталь — 5,6 млн т (−5,4 % к январю 2025).
• Февраль: сталь — 4,9 млн т (−11,9 % к февралю 2025 и −12,5 % к январю).
• Январь–февраль: готовый прокат — 8,7–8,9 млн т (−7,6…−8,3 %).

Внутреннее потребление стали в 2025 году упало до минимального уровня с 2011 года. Металлурги работают с низкой загрузкой мощностей, маржа под давлением, фокус — на выживании и оптимизации затрат. Главные причины: слабый спрос в строительстве и машиностроении, высокая ключевая ставка, последствия санкций и крепкий рубль.

На этом фоне правительство в феврале–марте 2026 года предложило меры государственной поддержки:

• Минпромторг предложил перенести сроки уплаты акциза на жидкую сталь и НДПИ на железную руду на конец 2026 года.
• Трехлетнее освобождение от акциза для стратегических инвестпроектов после завершения инвестиционной фазы.
• Приоритет закупок российской стали в государственных инфраструктурных проектах.
• Обсуждается дополнительное ограничение импорта.

Однако в марте 2026 года, по информации «Коммерсантъ», правительство перешло к индивидуальному рассмотрению мер поддержки — системной передышки для всей отрасли не ожидается.

Эти меры дают важную передышку, но главный эффект возможен только при росте внутреннего спроса.

Главные тренды мировой металлургии 2026 года и их актуальность для России

В 2026 году доминируют четыре ключевых тренда на мировом рынке:

1. Зеленая (низкоуглеродная) металлургия — переход на электродуговые печи, водородное прямое восстановление железа и улавливание углерода. Европа и США лидируют из-за CBAM и жестких экологических требований.

2. Цифровизация и искусственный интеллект — цифровые двойники, предиктивное обслуживание, ИИ для оптимизации качества.

3. Усиление протекционизма — пошлины, квоты и стимулы для внутреннего производства.

4. Операционная эффективность и снижение затрат — главный приоритет в условиях низких цен.

Для России зеленая трансформация развивается через проект «Чистый воздух» (Северсталь, ММК, НЛМК активно инвестируют в снижение выбросов и утилизацию газов). Однако полный переход на водород остается дорогим и вторичным приоритетом. Более актуальны цифровизация (быстро окупаема) и операционная эффективность. Это главный тренд 2026 года. В условиях низких цен и слабого спроса компании, которые снижают себестоимость на 10–15%, получают конкурентное преимущество.

Ключевые направления для этого:

• Оптимизация энергопотребления (электроэнергия, газ).
• Сокращение логистических затрат.
• Оптимизация структуры персонала.
• Снижение потерь материалов в производстве.

Горно-рудная отрасль России в 2026 году: влияние спада в металлургии

Горно-рудная отрасль напрямую следует за металлургией. В январе–феврале 2026 года добыча железной руды снизилась пропорционально падению выплавки стали. Горно-обогатительные комбинаты работают с меньшей загрузкой, давление на цены и маржу растет.

Что означает ситуация для России и для бизнеса

Для России:

1. Китай перестает быть стабилизатором глобального спроса. Сокращение китайской выплавки при сохранении мощностей создает риск увеличения китайского экспорта стали на рынки соседей России, что усилит ценовое давление.

2. Зоны роста (Индия, Турция, США) фрагментированы и защищены. Их рынки труднодоступны для российского экспорта из-за логистических и регуляторных барьеров.

3. Государственная поддержка будет адресной, а не всеобщей. Переход к индивидуальному рассмотрению мер означает, что системного смягчения налоговой нагрузки для всей отрасли ожидать не следует.

Для бизнеса:

1. Давление на маржинальность. Снижение загрузки мощностей при сохранении постоянных издержек ведет к росту себестоимости единицы продукции.

2. Ограниченные возможности для ценового маневра. На внутреннем рынке спрос слаб, на внешнем — усиливается конкуренция, в том числе со стороны Китая.

3. Приоритет операционной эффективности. Основной рычаг сохранения рентабельности — снижение затрат (энергетика, логистика, потери).

4. Пересмотр инвестиционных программ. Проекты с длительным сроком окупаемости откладываются. Фокус — на быстрые улучшения с возвратом инвестиций в течение 12–18 месяцев.

Что делать российским металлургам и горнодобывающим компаниям в 2026–2027 годах: практические рекомендации

Ключевые приоритеты на ближайшие 12–18 месяцев:

• Операционная эффективность и снижение затрат.
• Цифровизация ключевых процессов.
• Подготовка к затяжной рецессии.

Мнение эксперта, Дмитрий Марчук, директор по консалтингу компании ЭКОПСИ:

«2026 год — это не просто кризис, а время переосмысления бизнес-моделей. Компании, которые уже сейчас проводят стратегический аудит и внедряют программы операционной эффективности, проходят период значительно сильнее. Наши проекты в металлургии и горно-рудной отрасли показывают рост производительности на 15–25 % и снижение затрат на 10–18 % даже в условиях спада. Рекомендуем начинать с диагностики ключевых процессов — это позволит быстро выявить резервы и построить устойчивую стратегию на 2026–2027 годы».

Прогнозы на 2026–2027 годы

• Q2–Q3 2026: Значительное снижения ключевой ставки ЦБ.

• Q4 2026 – Q1 2027: Запуск инфраструктурных проектов.

Результат: производство стали в России может вырасти на 6–9% в 2026 году (с низкой базы) и на 8–12% в 2027 году.

Сценарий 2: Консервативный (вероятность 35%)

• 2026: Спад продолжается, но темп замедляется. Производство стали остается на уровне −3…+3%.

• 2027: Постепенное восстановление на фоне снижения ставок и запуска проектов. Рост на 1–3%.

Сценарий 3: Пессимистичный (вероятность 50%)

Резюме

2026 год подтверждает, что металлургия вступила в непростой период. Глобальный рынок остается под давлением из-за кризиса в Китае и слабого спроса, а российская отрасль сталкивается с затяжным снижением внутреннего потребления и высокой стоимостью кредитов. Февральские данные World Steel Association подтверждают углубление спада в России (-10,2% за месяц) при замедлении глобального падения. Даже с учетом мер государственной поддержки восстановление будет медленным и неравномерным. С высокой долей вероятности как мировым, так и российским металлургам предстоит пройти еще один сложный год, прежде чем рынок начнет заметно восстанавливаться.

Статья подготовлена с опорой на следующие материалы:

1. Данные по мировому производству стали
   https://worldsteel.org/media/press-releases/2026/january-2026-crude-steel-production/
   https://worldsteel.org/media/press-releases/2026/february-2026-crude-steel-production/

2. Данные по производству стали в России (январь–февраль 2026 года)
   https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/42_25-03-2026.html
   https://www.interfax.ru/business/1080043
   https://www.kommersant.ru/doc/8498993
   https://tass.ru/ekonomika/26726439
   https://gkmet.ru/tpost/tiaiuk7301-korporatsiya-chermet-fevralskii-vipusk-s

3. Меры государственной поддержки черной металлургии (февраль–март 2026)
   https://www.vedomosti.ru/business/articles/2026/02/12/1175731-minpromtorg-gotovit-meri-podderzhki-metallurgov